Глава первая

Глава третья

Лилька успокоилась настолько, что принялась мечтать. Во-первых, очень хотелось снова поплавать в этой сильной и опасной реке, во-вторых, хотелось познакомиться с тем парнем с маленькой задницей, в-третьих… В-третьих, хотелось, чтобы он стукнул этого дурацкого Джони!

Потом Лилька стала мечтать свою главную мечту. О том, как она, вдруг ставшая худой, элегантной и прекрасной, идёт по проходу в партере Большого театра, или по залу ресторана «София», и все мужчины оборачиваются ей вслед, а некоторые прямо таки за сердце хватаются и в обморок падают, падают, падают… Она всегда представляла себя в длинном, обтягивающем платье, тёмно-фиолетового цвета, с круглым, глубоким декольте, и впереди, и сзади, и с небольшим таким шлейфом. Сегодня она что-то засомневалась в своём выборе и решила выбрать короткое платье ярко-жёлтого цвета с черной отделкой, но тоже с глубочайшими вырезами, причём везде, где только можно. Да! Для торжественного прохода по ресторану, этот наряд подойдёт как нельзя лучше! Нет! Лилька снова передумала. Совсем недавно она прочла в каком-то моднявом журнале, что самое элегантное и аристократическое сочетание цветов это – белое с жёлтым. Лилька плохо себе представляла, как это будет на ней смотреться, но красота ведь требует жертв?

Интересно, а что красивые девушки делают со всеми своими поклонниками? У Лильки поклонников не было. Была целая куча друзей, но вот кавалера ни одного… Правда некоторые парни, по непонятной причине, пытались за ней ухаживать… Но разве НОРМАЛЬНОМУ мужчине могла бы понравиться такая, как она? А с ненормальными ей совсем не хотелось иметь ничего общего!  Мамочка ей всё отлично объяснила! И она, конечно, как всегда, была права! Рыба-кит! Вот именно! И ничего больше! Самый обыкновенный кит!!! Ну и пусть! Ха! Она ещё всем и всё покажет! Вот, как выпрыгнет, вот, как выскочит, и полетят их мерзкие клочки по закоулочкам!!!

Лилька стукнула кулачком по тумбочке! Что же это такое? Никак не получается думать о чём-нибудь другом! Хватит! Хватит! Хватит!

Надев лёгкий сарафанчик, она отправилась на поиски библиотеки. Заодно, надо было не забыть узнать о времени обеда. Кушать очень хотелось, всё-таки завтрак был очень, если не сказать - очень-очень-очень, лёгким. Кушать хотелось так, что казалось - она уже и похудела даже от голода!

Библиотека нашлась гораздо быстрее, чем она предполагала. Судя по всему, Лилька была, первым посетителем библиотеки за долгое, долгое время.

Библиотекарша самолично провела Лильку вдоль стеллажей и указала ей местонахождение научной фантастики и детективов. Но тут Лилька увидела полку с надписью «Сказки» и надолго погрузилась в чистый, ничем не замутнённый восторг. Сказки были Лилькиной страстью. Она их собирала, сортировала, перечитывала по сто раз, она их боготворила. Если бы кто-нибудь спросил её о причинах такой страстной любви, она не смогла б и двух слов связать, чтобы хоть как-то оправдать своё почти болезненное пристрастие. Но факт есть факт. В Лилькиной коллекции были собраны сказки более чем 70 народов мира. О многих из этих народов она и узнала-то, купив их сказки, сказания, были. Целый шкаф был битком забит книгами, книжечками и книжонками разных форматов, размеров, с толстыми обложками и без них. Но вот не было в этом шкафу книги, на которую она сейчас уставилась с нескрываемой жадностью - «Грузинские народные сказки» было написано золотыми буквами на красном корешке. Лилька выдернула книгу с полки и прижала к бурно вздымающейся груди.

- Я возьму её, - выдохнула она, почему-то боясь, что ей откажут.

- Пожалуйста. А ещё что-нибудь брать будете?

Лилька вдруг сообразила, что брать грузинские сказки на пляж, например, будет, по меньшей мере, смешно и, пройдясь вдоль ряда фантастики, вытянула тоненькую книжечку с рассказами Роберта Шекли, очень ею любимого, а с полки детективов был взят томик Иоанны Хмелевской. Её книгу «Что сказал покойник» Лилька могла читать по кругу, то есть, закончив, начинать снова. Это была вторая книга, которая, после прочитанного в глубоком детстве «Трое в лодке, не считая собаки» Джерома К. Джерома, вызывала у Лильки непременный смех. Библиотекарша заполнила положенный формуляр, и Лилька, совершенно счастливая, вышла из библиотеки.

Глава шестая

Как раз вовремя, для того, чтобы тюкнуться со всей дури носом в пуговицу на чьей-то рубашке, а левой грудью во что-то другое. То ли пуговица, то ли рубашка, то ли их обладатель – Лилька не поняла – были такими жёсткими, что Лилькин нос сначала натурально расплющился, а потом ужасно заболел от этого резкого соприкосновения. Из глаз немедленно брызнули слёзы, книги рухнули на пол, Лилька зашипела и схватилась одной рукой за многострадальную часть лица, а другой за грудь.

- А-а-а! А-а-а! Больно! - гундосила она, - Больно!

- Надо холод приложить, пойдём со мной.

- Ага… А куда?

- Да, вот – следующая дверь. Я здесь живу. Кровь не течёт?

- Не зна-а-аю… - Лильке было ужасно себя жалко, а от этого слёзы потекли ещё сильнее. Лилька вообще любила себя…, а ещё она любила себя любимую пожалеть. Иногда это было так приятно!

Спаситель ухватил Лильку за локти и, толкая перед собой, впихнул в комнату. Потом он молча развернул её лицом к раковине, и так резко пригнул Лилькину голову вниз, что она от праведного возмущения что-то вскрикнула, и от этого первая же горсть воды, брошенная ей в лицо, попала не только на пострадавший нос, но и в рот. Лилька слегка захлебнулась и закашлялась. Но парень не остановил экзекуцию и всё продолжал плескать на неё воду. Лилька попыталась вывернуться, но у неё ничего не вышло. Парень крепко обнимал её за плечи и видимо вошёл в раж, не замечая, что прижал Лильку болевшей грудью к краю раковины. Лилька снова сделала попытку освободиться. Она оттолкнула сильную руку и отскочила подальше так быстро, что очередная порция воды выплеснулась на пол.

- Эй! Ты чего хулиганишь? Вытирай тут теперь за тобой! Сначала мне в грудной клетке дыру делает, а потом ещё и свинячит в моей комната!

- А ты бронежилет в следующий раз надевай! – сказала Лилька и только теперь, протерев от воды глаза, обнаружила, с кем общается…

Но в данный момент Лильке было всё равно! Грудь болела и она, отвернувшись к окну, принялась поглаживать её круговыми движениями. Предательские слёзы никак не хотели останавливаться.

-  Да, что с тобой?.. Дыньку ударила?!! Господи, прости, бога ради, это об графин. Я к титану ходил…

-  Не оправдывайся теперь! И вообще отстань!

-  Погоди, давай я полотенце намочу, и ты приложишь. Это ведь опасно. Я читал, что последствия удара груди, могут даже раком обернуться!

Лилька, услышав страшное слово, выпучила глаза и в который уже раз потеряла и дар речи, и ориентацию в пространстве.

- Что уставилась? Сейчас дырку во мне просверлишь! Ладно, я чувствую, ты вообще ни на что разумное теперь не способна!

Парень намочил полотенце, заставил Лильку лечь на кровать и расстегнул молнию сарафана. Сопротивляться не хотелось. Совсем! Лилька почувствовала, как её охватывает непонятная дрожь. Джони положил полотенце на чашечку бюстгальтера и посмотрел ей в лицо. Что-то он там, видимо, увидел, потому что, не долго подумав, вдруг задрал лифчик наверх, к шее. Лилька с любопытством смотрела в его сосредоточенное лицо. Он вновь положил ей на грудь холодное полотенце и отвернулся. Лилька ждала продолжения… Продолжение никак не следовало… Джони сидел рядом с ней на кровати и теребил краешек полотенца. Лилька почувствовала, как от холода напрягаются соски, и ей вдруг захотелось, чтобы и Джони это заметил. Он и заметил.

-  Тебе холодно? Снять полотенце?

-  Но мне ещё больно!

-  Тогда я снова намочу.

-  Зачем?

-  Оно уже почти высохло.

Его голос слегка подрагивал, и Лилька это было ужасно приятно. В некоторых частях её тела разливалось то, что она называла «моё предчувствие»… Парень снял полотенце!.. Но только затем, чтобы, намочив его, снова прикрыть ей грудь…

Дверь распахнулась, и в комнату ввалились два парня. Они уставились сначала на Лильку, потом на полотенце, потом на вдруг покрасневшего Джони. Один из парней был Лильке знаком, второй -катерный попутчик. Он засмеялся.

- Очень завидую своему полотенцу! Э… Ладно, думаю, что вы тут оба – ты и полотенце - справитесь и без нас! Пойдём друг Коля, мы лишние на этом празднике жизни!

- Подождите за дверью, ей уже легче, она сейчас уйдёт. Я её слегка ударил, вот теперь лечу.

В его голосе, сгоравшая от стыда Лилька, отчётливо услышала извиняющиеся и оправдательные нотки. Её стало ещё хуже! Господи, это же ЕЁ он стесняется, это же ЕЁ он стыдится!

Парни вышли из комнаты. Лилька вскочила, не глядя на Джони, отбросила полотенце, опустила на место лифчик, застегнула сарафан. Она уже дошла до двери, когда её остановил его голос.

- Книги не забудь!

Джони взял книги и принялся их разглядывать. Он был явно смущён и не знал, что сказать. И не нашёл ничего лучшего, чем заявить вдруг: «Грузинские сказки?» А почему про Колобка не взяла?» Он хотел ещё что-то сказать, но не успел, потому что в этот самый миг получил книгой по физиономии и схватился за нос. Лилька выскочила из комнаты и сломя голову, понеслась, куда глаза глядят. Она бежала и бежала, а в голове так и крутилось – кит, колобок, кит, колобок, кит, колобок, и дыньки тоже иногда проскакивали, большие такие узбекские дыньки. Самое смешное, что несмотря на такие удручающие мысли, обиду и стыд, или наоборот - благодаря им, но глаза глядели не куда-нибудь, а именно в направлении столовой, потому как, нервы нервами, а кушать хочется всегда!!! Ну, и, естественно, ноги принесли её именно туда, куда смотрели глаза.

Глава седьмая

Обед Лильку немного расслабил. Вообще, именно еда наиболее благотворно действовала на её нервную систему. Спать не хотелось, на пляж идти было лениво и Лилька решила заняться самообразованием. Она взяла книгу грузинских сказок, из конспиративных соображений завёрнутую в газетку, и пошла за корпус. Из окна комнаты Лилька ещё вчера разглядела симпатичную полянку с ещё более симпатичным пеньком. Пенёк этот был, как будто, специально поставлен вплотную к большому дереву, что сулило большие удобства и полноценный отдых с комфортом на лоне природы.

Пенёк оказался, ко всему прочему, ещё и достаточно велик для того, чтобы вместить все Лилькины прелести и она уселась на него, по старинной привычке подвернув под себя левую ногу, откинулась на ствол дерева, раскрыла книгу и почувствовала именно то, что предвкушала и на что надеялась – эйфорию. Чувство, которое неизменно посещала её, когда она впервые открывала давно облюбованную книгу.

Чтение оказалось увлекательным до чрезвычайности. Лилька так и думала, что грузинские сказки будут непохожи на другие. В них было всё! Причем, одновременно. И Баба-Яга с лешими из сказок русских, и дэвы с джинами из сказок восточных. Были там и цари, и султаны, и любовь, и смерть, и чудеса… Лилька нырнула в них и забыла обо всём. В том числе и о времени. А его, видимо, прошло немало, потому что очнулась она оттого, что стало холодно и голодно. Ко всему прочему, она почувствовала, что страшно затекла левая нога, а спина заболела вдруг так, как будто на ней начали прорезаться крылья. «Причём ангельски белые», - подумала она. Лилька попыталась встать и обнаружила, что мелкие иголочки разом впившиеся в ногу, этого сделать никак не позволяют. Она приказала себе успокоиться, и, крепко стиснув зубы, чтобы не пищать от боли, встала на правую ногу и принялась шевелить левой. Она стояла, как цапля и медленно то сгибала ногу, то разгибала её, а потом, скинув тапочек, принялась шевелить пальчиками и активно крутить ступню. 

-         Ударилась? – хрипло прозвучало рядом.

Лилька схватилась одной рукой за сердце, которое молниеносно переместилось в горло и принялось стучать там, мешая дышать, а другой – за дерево, что, собственно, и помешала ей упасть от неожиданности. 

-         Вы кто? – не оборачиваясь, спросила она, враз осипшим голосом.

«Вы кто, вы кто, вы кто», - стучало сердечко, -  «Убежать не смогу», - констатировал мозг.

-         Да я это! Ты что, испугалась, что ли?

Сердце вернулось на своё законное место, а от облегчения задрожали и руки, и ноги. Лилька рухнула на пенёк, прямо на всё ещё подогнутую ногу и вскрикнула от боли. 

Джони скакнул к ней и присёл на корточки.

-          - Да, что с тобой?

-          - Нога…

Джони осторожно вытянул из под неё ногу и принялся её ощупывать и легонько массировать.

-         Вывихнула?

-                - Нет. Сначала сильно отсидела, а теперь, вот, ударилась косточкой.

-           - Какой такой косточкой? Разве в тебе есть косточки?

Джони хихикнул, но тут же осёкся и как-то испуганно глянул на Лильку. Но та, неожиданно для самой себя, промолчала. Ссориться отчего-то не хотелось. 

  - Легче?

-                  - Да. Спасибо. Большое спасибо. Ты меня просто спас.

-           - Сама до комнаты дойти сможешь?

-                   - Конечно. Не волнуйся.

-                   - Я провожу, тебя, если ты, конечно, не против.

-            - Да, ладно… 

Лилька пожала плечами. Начинать всё сначала совсем не хотелось! Она, ведь, успела дать сама себе чёткую и ясную установку – с этим парнем больше никогда не связываться! А уж что-что, а свои план-задания она привыкла выполнять.

А! В конце концов, он только проводит её и всё! Что тут такого?!! Если хочет, пусть идёт. С этой успокоительной мыслью в голове, она оперлась на протянутую руку, подняла с травы книгу, и они пошли.

Около корпуса было ещё тихо, хотя народ уже кучковался под фонарями в предвкушении танцев. 

-         - Я что-то устала сегодня. Пойду в комнату и лягу спать.

-         - Ты ужин пропустила. Не забыла?

-         - Да? Ну и ладно. Не страшно. Пойду спать. Во сне есть не хочется.

-         - А я тебе бутерброд припас. Вернее парочку. С котлеткой. Вкусная такая котлетка… 

-         - С чего это ты взял, что я люблю котлетки?

-         - Все дети их любят! Пошли ко мне?

-         - Что? Опять? Вот уж нет никакого желания больше ходить к тебе в гости. Спасибочки превеликие, но я, как-нибудь пешком постою. За все, за всё глубокий поклон. Дальше я уж сама – не заблудюсь!

И она не заблудилась. И спала всю ночь спокойно и без суеты. Всё-таки исполнение долга – великая вещь!!! И поутру она даже почти простила Джони. Ну, трусоват парень оказался, ну и фиг с ним!

Глава восьмая.

Следующий день Лилечка посвятила освоению Лестницы. Она решилась на штурм! Сначала вниз, потом вверх, потом снова вниз и опять вверх. Но, оказавшись внизу во второй раз, она поняла, что занятие выбрала себе наискучнейшее и не имеющее никакого внятного смысла. Лилька немножко поплавала - полчаса туда и час обратно. Затем она повалялась на пляже, поиграла с соседками в чешского дурака и совсем скисла. Было скучно. Очень-очень. Разговоры не клеились, и Лилька вновь отправилась на штурм лестницы. 

Около её подножья стоял давешний узкозадый парень. При свете дня он оказался не хуже, чем при свете фонарей. У него были светлые волосы, тонкий немного кривой нос и голубые глаза. Влюбчивое Лилькино сердечко принялось отбивать морзянку. Эти позывные Лильке были знакомы ещё с детского сада. С тех самых пор, как она впервые увидела Стасика Романцова и решила, что этот мальчик вполне заслуживает чести быть её женихом, а заодно и другом навеки. Незнакомец стоял, прислонившись к дереву в полном одиночестве, и Лилька решилась предпринять демарш. Она подошла к парню почти вплотную и вопросила: « Простите, а который час?» Парень сначала заглянул в Лилькино декольте и только после этого, с явным сожалением, продемонстрировал ей пустую, без часов, руку.

-          - О! Как жаль! Мне так надо узнать время…

 Лилечка скорчила гримаску разочарования. Она пыжилась придумать, что-нибудь ещё, но ничего не выходило. Парень оказался гораздо догадливее и взял инициативу в свои руки.

-   У тебя и комнате часов нет?

-   Не-а!

-   Пойдём в корпус, у меня есть.

Лилька двинулась к лестнице, но парень её остановил.

- Хочешь, я тебе другую дорогу покажу?

-   Конечно!

Он взял Лилечку за руку и повёл к горе. Они подошли к искривлённому, почти лежащему на земле дереву, и он показал ей на едва заметную тропинку, уходящую вверх и змеящуюся мимо деревьев.

- Познакомимся? Меня зовут Вит. Виталий. А тебя?

-    Лилиана. Лиля. Лилёк. Лилька. Выбирайте любое.

-    Ты – прелесть!

-    Я знаю. Спасибо.

Они хором рассмеялись. Улыбка у Вика была просто сногсшибательная! А задница и в самом деле маленькая, в чём Лилька удостоверилась, как только они начали восхождение, потому что Лилька благоразумно отказалась от предложения идти первой.

Очень скоро выяснилось, что новый путь гораздо легче и интереснее старого. Во-первых, потому что можно было активно помогать себе руками, подтягиваясь, или опираясь на деревца, а во-вторых, потому что вокруг росли интересные кустарники, какие-то цветочки, забавные, разноцветные, колосистые травы, а в-третьих, отовсюду доносились чистые природные звуки - пение пташек, стрекотание жучков и кузнечиков. Лилька была совершенно очарована. А когда вдруг углядела у кромки невесть откуда взявшейся лужи, огромную ярко-зелёную лягушку с жёлтым пузом, так и вообще чуть не сомлела от восторга. Она ринулась напролом через низкий кустарник к луже, плюхнувшись с размаха на коленки, накрыла ладошками мирную сонную лягуху и радостно выкрикнула индейский победный клич.

  - Иииии-еееееех!!!

Выше, над её головой послышался испуганный вскрик, за ним последовали звуки, которые сделали бы честь голодному медведю-шатуну, продирающемуся через лесную чащобу. Лилька в недоумении уставилась на взъерошенную голову Вика, отмечая неестественно вытаращенные глаза и отчего-то дрожащие губы. «Что это с ним?» - подумала Лилька, и ей ужас как захотелось приласкать и упокоить чем-то напуганного парня. 

  - С тобой всё в порядке?

  - Со мной? Да. А что?

  - Ох, и напугала же ты меня! Чего так кричала-то?

Лильке стало стыдно. Она так забылась в своих восторгах… Ну, как теперь признаться, что такое неженское дело, как ловля лягушек способно вызвать у неё эдакий щенячий восторг? Лилька молча раскрыла ладошки и подняла их повыше. Вик резко отпрянул в сторону. Принцесса-лягушка его явно не воодушевила.

  - Отпусти ты эту жабу! И зачем она тебе? Вот, чудачка. А на руках ещё бородавки появятся. Не боишься? 

Вик брезгливо передёрнулся. Лилечка хотела, было объяснить ему разницу между жабами и лягушками, но подумала, что эта биологическая лекция может здорово повредить её женскому имиджу. Подумала, подумала,  и объяснять ничего не стала. Она отвернулась и, мысленно попрощавшись с принцессой, выпустила её на свободу. Правда, пока Лилька выбиралась обратно на тропинку, она пообещала себе, что обязательно сюда вернётся и снова поохотиться. Просто так, для удовольствия…

Вик принялся рассказывать что-то о жизни и о себе, Лилька отвечала что-то достаточно бессмысленное и восторженное, в надежде сгладить неприятные воспоминания Вика о лягушке. Кажется, роль глупенькой девочки ей удалась достаточно хорошо, что случалось не так часто, как хотелось бы. И почему она не могла вот так говорить с Джони? Вот, интересно? За болтовнёй она и не заметила, как они подошли к корпусу…, над крыльцом которого висели огромные часы. План явно не удался.  Идти в комнату к Вику уже было совсем незачем. Лилька взгрустнула, но,  глянув на Вика, увидела, что и он расстроен этим обстоятельством. На его лице совершенно явно читалось: «Эх, сорвалось!» Лилька развеселилась.  В комнату идти уже расхотелось. Тем более что программа-минимум была выполнена, причем гораздо легче, чем предполагалось. Пора расходиться в разные стороны…

- Вечером в кино пойдёшь?

- Приглашаешь?

Лилька кокетничала и была противна сама себе! Но, в конце концов, она ведь тоже имеет право на хотя бы самый ма-а-аленький курортный романчик!

- Так пойдёшь?

- Обязательно.

- Буду ждать.

Глава девятая

Вечером в кино она не то в третий, не то в четвертый раз смотрела «Ессению»… И весь сеанс только и делала, что строила из себя героическую женщину, хранящую свои честь и достоинство! Часа два подряд она без устали смахивала руку Вика со своих  ног и других частей тела. Рука всякий раз возвращалась, причем, на разные места! То на коленку, то на бедро выше коленки, то на бедро пониже животика…, то на сам животик, а то норовила дотронуться до бюста. Рука была чрезвычайно нежна и ласкова и жила своей особой, отделённой, судя по всему, от хозяина, жизнью. Потому что, сколько Лилька не оглядывалась на Вика, она так ни разу и не углядела не малейшего изменения ни в лице его, ни в позе.

Рука была не только чересчур шаловлива, но и чрезвычайно настойчива. Лилька терпела, терпела, терпела, а потом взяла и ущипнула владельца руки за ногу. Вернее, за то место, которое оказалось ближе. Причем, видимо, как-то очень удачно ущипнула, потому что Вик громко зашипел и согнулся пополам. Лилька удивилась, было, а потом, поняв, что именно ущипнула, застыла в ожидании неминуемой расплаты. Она где-то слышала, что подобного мужчины не прощают! А ещё ей стало жутко смешно. Во-первых, потому что это было её первое в жизни прикосновение к этому мужскому, оказавшемуся совсем не мягким, месту, а во-вторых, потому что это знаменательное прикосновение она представляла себе совсем иначе… Э…, романтичнее, что ли! Надо признаться – всегда в этих тайных представлениях присутствовали горящие свечи, а на столе стояло шампанское. Впрочем, шампанское – атрибут совсем необязательный, тем более что Лилька его терпеть не могла. А так, только как дань моде и традиции зарубежного кино. Лилька с трудом сдержала смех и снова напряглась в предвкушении расплаты за, видимо, очень болезненное «первое» прикосновение…

Но Вик простил. Во всяком случае, сразу бить не стал, и Лилька расслабилась. Наглая рука больше её не беспокоила, и Лилечка даже смогла посмотреть концовку фильма и пустить скупую, не сдержанную усилием воли, слезу. Счастье мармеладных героев всегда очень её трогало за самые нежнейшие струны души. Как только зажгли свет, Лилька ловко смешалась с толпой и убежала в комнату, чтобы достойно подготовиться к танцам. Правда процесс смешивания прошёл не очень гладко, так как Лилька пару раз задела кого-то крутым бочком, а от одного из отодвинутых даже получила в след давно привычное: «Вот это да!!!»

***

На танцплощадке всё было, как обычно. Лилька заняла своё обычное место под фонарём и принялась разглядывать публику. На середине площадки, в компании нескольких парней и девиц, отплясывал Вик. А чуть в стороне толкался Джони и его приятели. Лилька подперла пальчиком щёчку и принялась сравнивать своих мучителей. Вик был, конечно, гораздо симпатичнее, но и Джони… Тьфу! Опять она размечталась!

Лилька присоединилась к кружку, в котором извивались Лена и Марина. Кроме них знакомых там не было, и это было просто замечательно. Они тряслись, переступали под музыку с ноги на ногу, покачивались, водили руками, как по стеклу, одним словом, вели себя, как завзятые параноики. Но ведь, когда все вокруг психи, то можно с уверенностью сказать, что психов и нет вовсе! 

Начался медленный танец и рядом с ней появился Вик. Он даже не стал ничего спрашивать, просто взял её за руку и потащил в большой круг. Очень хотелось отказаться, но не устраивать же на скандал на глазах у удивлённой публики! Вообще-то Лилька не любила в себе эдакую трусость, но сейчас к ней примешивалось ещё и смущение… К тому же несмотря на то, что голос разума пытался внушить ей, что неприлично себя вёл именно он, а совсем не она, ей никак не удавалось справиться с чувством стыда и раскаяния… Продолжая обдумывать эту мысль в процессе танца, Лилька вдруг поняла, что раскаивается вовсе не в том, что нанесла Вику возможное увечье, может быть, даже тяжёлое – в этом она ничегошеньки не понимала, а в том, что вообще затеяла с ним знакомство. Тем более, что он так быстро поддался, что умственные его способности всё более и более вызывали у неё сомнение. Да и скучно с ним было, и в лягушках он не разбирался совершенно… «Интересно… А любит ли лягушек Джони?» - подумала она вдруг и рассердилась за непрошеную мысль. Вик что-то уж очень сильно прижимал её к себе! Становилось жарко и даже больно немного! Просто косточки трещали! Те самые, в существовании которых кое-кто совсем ещё недавно сомневался! «Всё! - решила Лилька. - Больше с этим маньяком не танцую!» Тем более, что его больные руки опять пытались обнять, обхватить, потрогать и погладить круглый нижний бюст! Хамство, какое-то!!! На глазах у всех! Лилька возмущённо вырвалась и хотела уже заехать наглецу по морде его ухмыляющегося лица, но подумала вдруг, что весовые категории, ведь, разные, а за избиение могут и посадить… В общем бить Лилька Вика не стала, а только погрозила крохотным своим кулачком и ушла на свою скамейку, где и просидела в городом одиночестве до самого конца дискотеки, рассматривая публику, изумляясь внутренне возможностям человеческого тела и делая вид, что не замечает ни Вика, ни Джони, с их бесконечно меняющимися кавалер-дамами, ни, вообще, кого бы-то ни было. 

Глава десятая

Несколько дней пронеслись в заботах и хлопотах. В заботах о загаре, без которого мамочка ни за что не поверила бы в здоровый образ жизни на отдыхе и хлопотах о том, чтобы окончательно не спятить от скуки.

К сожалению, Лилька не сошлась близко со своими соседками, которые, казалось, очень даже ценят её, как весёлого рассказчика и девушку, приятную во всех отношениях, но в планы особо не посвящали, в походы не звали, а Лилька и не напрашивалась.

Ей было с ними неинтересно и тоскливо. Оказалось, что есть на свете такие девушки, которые ни о чём, вернее сказать, ни о ком, кроме мужчин и говорить-то не могли. А тема эта была Лильке совершенно чужда. Вообще-то, иногда ей и самой хотелось спросить-порасспросить новых знакомых кое о чём, памятуя о том, что об этих расспросах все равно никто не узнает, но, то ли скромность, то ли что-то другое, неопознанное и нелепое, не давало ей этого сделать. Вполне возможно, что это мешалось дурное воспитание… Интеллигенция, блин!!!

Лилька ходила на пляж, плавала от буйка к буйку, подставляла лицо солнцу (предусмотрительно прикрыв нос бумажкой, или листиком), бродила по горе в поисках лягушек и ящериц,  а однажды даже увидела ужика. Ужик был маленький, серенький и толстенький. Лилька погналась за ним, но он так быстро и лихо прошуршал куда-то в заросли, что Лилька только и успела увидеть его хвост. После обеда она взяла за обычай ходить в «свою» читальню на пенёк, где ей никто не мешал разговорами и не отвлекал от чудесного сказочного мира. Книга уже подходила к концу и Лилька уже заранее чувствовала горечь расставания. 

В один из таких вечерков, когда Лилька дочитала очередную сказку и просто сидела просто так, ничего не делая, наслаждаясь тишиной и красотой пушистых облаков, летящих над головой, она и увидела на холме лыжников. Некоторое время Лилечка отрешенно на них смотрела, но потом, когда до её расслабленного мозга дошло, наконец, что именно она видит, напало остолбенение. Мысли в голове лихорадочно скакали, одна была причудливее другой и Лилька решилась всё разведать, пока ещё не сошла с ума окончательно.

Лилька подошла поближе к склону холма и только тогда поняла в чём дело. Под лыжами были укреплены маленькие колёсики, а на лыжах были закреплены могучие, высокие и широкоплечие мужики, почему-то все блондины и все с банданами на головах. Загадка разрешилась, но любопытство осталось. Всё-таки, интересно, что здесь делают эти спортсмены? Опять же, их стати никак не могли оставить Лильку равнодушной. Дело в том, что Лильке нравились крупные мужчины. Не то, чтобы она не понимала, что не в мускулах счастье, понимала, конечно, но…, в общем, рядом с большим мужиком она сама себе казалась несколько меньше. Тайная Лилькина страсть была взлелеяна долгими скучными вечерами и обильно подпитывалась добрыми подружками, обожавшими, по доброму так, сказать, что-нибудь вроде: «Лилёк, вы с Серёжиком вчера смотрелись ну просто по семейному – как мама с сыночком.» «Безобидные» подколочки неизменно сопровождались добрыми улыбками и наивными взглядами… 

Лилька подумала вдруг, что неплохо было бы попытать счастья, и доказать Джони, ну, и всем остальным заинтересованным лицам, что и она достойна «большего». «Надо попытаться», - тяжело вздохнула она и отправилась на ужин. В меню сегодняшнего дня на ужин было обещана подать куриную косточку с рисом и солёным огурцом. Этого Лилька пропустить не могла никак. Огурчик – это святое!!!

Перед самыми танцами Лилька, не успев прикусить свой длинный язычок, вдруг взяла и рассказала соседкам о совершённом ею открытии. Открытии целого склада богатырей на территории близлежащих холмов. Лена аж взвизгнула от радости и принялась хищно потирать ладошки. Лилька тут же раскаялась в содеянном. Нет, ну кто её за язык-то тянул, в самом деле! Взяла и своими руками создала конкурирующую фирму! Дурочка из переулочка!!! Лилька вышла в коридор и в наказание ущипнула себя за руку. Ущипнула так больно  и сильно, что даже зашипела. «Так тебе и надо, трепачка!», проговорила она сама себе в назидание и вернулась в комнату, где уже начались маскировочные мероприятия перед боевыми действиями на фронтах борьбы за лучшего мужика.

Продолжение